Лукавая улыбка Моны Лизы

Таинственный и древний Лувр

Сразу скажу, что Лувр произвел на меня неоднозначное впечатление. Впрочем, как и сам город, в котором он находится. В предыдущей статье я пыталась определить для себя, что такое Париж. Примерно те же мысли занимали меня и в Лувре. Я мечтала туда попасть (особенно потому, что там находилась “Мона Лиза”, я мечтала её увидеть), стремилась и радовалась сложившейся экскурсии.

Но нашла я не совсем то, что ожидала увидеть: огромный музей, интернациональный, современный, разноголосый. Ясное дело, что я не ожидала встретить дам в пышных платьях и мушкетёров со шпагами. Однако, скажем, в нашем Эрмитаже и Петергофском дворце все равно ощущается мощь былых времен. Так и кажется, что из-за поворота, меряя коридор длинными ногами, выйдет царь Пётр и погрозит кулаком особо шумным туристам. В Петергофе в некоторых залах перехватывало горло от смешанных чувств, которые иначе как патриотической гордостью и не назовешь.

Так вот, в Лувре этого не было. Можно возразить – мол, не моя это страна, поэтому и не почувствовала. Однако, я долго изучала французский язык, культуру, истории и традиции. Да я попросту была влюблена в эту страну! Конечно, тёплые чувства к Франции остались и по сей день. Но вот Лувр для меня просто музей. Хоть и очень интересный.

А ведь с ним французская история связана куда больше, нежели со знаменитым Собором Парижской Богоматери, Версалем или Фонтенбло. Лувр появился много раньше – в двенадцатом веке. Самая первая крепость была создана с целью противостоять нападениям викингов. Разрушалась, достраивалась и перестраивалась, подстраиваясь под требования времен и вкусы монархов.

Кстати – о них, о французских королях. Обычно их принято представлять то тиранами (помните знаменитое “государство – это я!”), то жертвами – Людовик Шестнадцатый, потерявший голову на гильотине, или Анри Великий, заколотый Равальяком. Много их было, с историями трагичными и страшными. Однако, находились и те, кому удавалось соблюсти ту самую золотую середину между своими желаниями и интересами Франции. Например, Франциск I – укрепил страну (едва сам не сгинул в плену, но это уже детали…у них, у королей такое случается), наслаждался жизнью в обществе прекрасных дам (заработав титул короля-рыцаря) и сделал огромный прорыв во французской культуре и искусстве.

Именно он превратил устаревшие фортификационные укрепления Лувра в роскошный дворец. Он же стал инициатором приезда во Францию величайшего живописца всех времен и народов Леонардо да Винчи. Именно королю Франциску современники обязаны возможностью лицезреть знаменитую «Мону Лизу» в Лувре. Не очень понятно, сразу ли передал Леонардо своё полотно королю, или оно было выкуплено у наследников художника, но факт остается фактом. «Джоконда» кочевала из одной королевской резиденции в другую, пока, наконец, не «осела» в Лувре.

Она и сейчас там, я видела. Ну…как видела…. Если это можно так назвать 😉 В тот день (подозреваю, что так всегда) «Мону Лизу» окружала огромная толпа. Плотное колько из семи-восьми рядов передо мною, а сзади подходили все новые и новые люди. Перед визитом в музей нас предупредили опасаться карманников. Да, в такой толпе я реально вспомнила все предостережения. Так что, одна рука плотно сжимала сумку, а вторая крутила колёсико видиокамеры на приближение изображения. Там все так стояли. Ни о каком философском созерцании великого полотна речи не шло. Говорят, что в какой бы части помещения ни оказался зритель, ему все равно будет казаться, что проницательные очи «Джоконды» устремлены именно на него.

Лукавая Мона Лиза

Эксперимент провалился в самом зародыше – переполненный зал не давал ни малейшей возможности. «Мона Лиза» защищена пуленепробиваемым стеклом, отражающим блики. То бишь, изображение вроде как видно, но именно «картинку», не суть, не душу. Было довольно печально ознаменовать встречу со знаменитой картиной «поставленной галочкой»: была, видела…

А может, оно и к лучшему? Не было разочарования… Скептики утверждают, что  «Мона Лиза» – не более, чем результат удачного стечения обстоятельств и политико-рекламных компаний. Первая волна интереса – благодаря королям. Франциск привечал да Винчи, а значит, все полотна мастера приравнивались к шедеврам априори. Затем картиной восхищался Наполеон, потом пошли писатели, придумавшие про «улыбку». Потом картина плавала в Америку. Там нашли, что Мона Лиза похожа на Жаклин Кеннеди – популярную историческую персону. Вот вам новый виток интереса к картине. Наконец, история с кражей картины и попытками её уничтожить. Раз полотно вызывает интерес – значит, оно вызывает интерес. Сейчас люди уже не задумываются, так ли любят они итальянскую живопись и почитают да Винчи. Они просто знают – в галереях Лувра висит «Мона Лиза». Её надо увидеть и желательно сфотографировать. Все.

Я постараюсь в будущем еще как минимум раз приехать в Париж и целенаправленно пойти в Лувр. Да, правильно. Чтобы еще раз увидеть «Мону Лизу» и составить собственное мнение об этой картине.

А ведь портрет госпожи Лизы дель Джокондо – и только он один – приносит денег музею не меньше, чем статуя Венеры Милосской или «Прекрасная кружевница» Рафаэля, которые тоже проживают в Лувре. Так что, мне кажется, у «Моны Лизы» оч-чень лукавая улыбка!

Автор статьи Ольга Гостюхина. Фото: Юлия Крашановская и Ольга Гостюхина. Копирование и распространение материала без разрешения автора запрещено.

Рекомендую почитать на сайте:

Рубрика “Советы путешественникам”

http://ovedma.ru/chernogoriya-samostoyatelnost-i-nikakih-yazykovyh-barerov/

Увидеть Брюгге и офигеть. Часть I

Карелия. Часть I

Please follow and like us:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *